Народный артист Беларуси Александр Ефремов: «В кино приходят, чтобы быть первым»

Народный артист Беларуси Александр Ефремов: «В кино приходят, чтобы быть первым»

Четыре десятка лет назад ныне один из самых именитых и титулованных белорусских режиссеров впервые пришел на «Беларусьфильм»

Кинематографический дебют талантливого выпускника ВГИКА горьковчанина Саши Ефремова в Минске оказался весьма удачным. Снятый им в 1977 году фильм «В профиль и анфас» по мотивам рассказов Василия Шукшина в какой-то степени повлиял на всю его дальнейшую творческую жизнь. На кинофестивале «Молодость-77» за эту работу Ефремов получил приз за лучшую режиссуру, а исполнитель главной роли Александр Калягин – за лучшую мужскую роль.

Уже в 1979 году молодой режиссер выпускает художественную ленту «Родное дело» со Стефанией Станютой, Ниной Руслановой, Анатолием Кузнецовым, Евгением Стебловым. О картине пишут «Советский экран» и «Советская культура», а сам фильм получает диплом жюри II Всесоюзного смотра-конкурса работ молодых кинематографистов.

Сегодня фильмография Александра Ефремова насчитывает десятки киноработ, каждая из которых получила свою заслуженную награду. Достаточно вспомнить «Дунечку», «Давай поженимся», «Поводыря», ставшие своеобразной визитной карточкой режиссера. В 2003 году Федерация профсоюзов также по достоинству оценила вклад Ефремова в развитие белорусской культуры. За фильм «Поводырь» ему был вручен диплом лауреата премии ФПБ.

В этом году народному артисту Беларуси Александру Ефремову исполнилось 65 лет. В канун юбилея самая массовая общественная организация страны в очередной раз отметила его заслуги в области национального искусства, вручив Почетную грамоту ФПБ с нагрудным знаком.

PRAS.by""

Сегодня за чашкой чая мы говорим с известным юбиляром о том, что он любит делать больше всего, а именно снимать кино, которое так нравится нам, зрителям.

– Александр Васильевич, «Поводырь» – одна из самых титулованных и разрекламированных ваших работ, которую хорошо знают и любят зрители. Для вас она тоже имеет какое-то особое значение?

– У меня другая точка зрения на этот фильм. «Поводырь» – милая история, рассказанная в то время, когда вообще ни одной белорусской картины не было (2001 год. – Прим. авт.). Она достаточно легкая и романтичная. В ней нет большой правды жизни, но есть то, о чем мечтают люди: что с ними случится что-то хорошее. Картина трогательная, поэтому у нее много поклонников. Но у меня есть другие фильмы, я считаю, более сильные. Это и «Наш человек в Сан-Ремо», и «Давай поженимся», которую тоже любят зрители, «Дунечка» – глубокая картина. Кроме того, это и сериалы «Снайпер», «Покушение»...

В «Поводыре» я впервые снял Толика Кота, Леру Арланову, Джемала Тетруашвили, Петра Юрченкова-младшего. Они совсем молодыми были...

– И вы не побоялись пригласить на главные роли в свой фильм никому не известных тогда актеров?

– На тот период я уже с ними работал в театре и прекрасно знал их возможности. Я был уверен, что они меня не подведут. Толик Кот сейчас звезда. И лучшего исполнителя ролей подлецов, чем он, в постсоветском кино нет. Он и у меня сейчас сыграл отрицательного персонажа. Валерия Арланова тоже стала кинозвездой. Они все были талантливыми, и мне повезло, что я встретился с ними раньше других.

Для себя я горжусь тем, что понимаю актеров и то, что они делают. А какие-то режиссеры – нет. А ведь артист – это самое главное выразительное средство, которым располагает режиссер. Поэтому они мне дороги и я их люблю.

– Вам, вероятно, здесь помогает то, что сами не раз работали на площадке, плюс учеба в Горьковском театральном училище на актерском?

– Мне самому нравится использовать показ в работе с актером. Это же так интересно – играть! И я стараюсь, чтобы это почувствовали актеры. Откликаются талантливые, с бездарностями работать тяжело.

– В этом случае любой режиссер, по-моему, бессилен...

– Если это только не кино, которое снимет Сокуров, где артисты – предметы в обстановке интерьера. Они стоят затылком, в профиль... Но в кадре, на сцене нужен актер! Когда он начинает чувствовать, переживать, возникает то, что Алиса Фрейндлих назвала «обменом энергией артиста со зрителем». И в этом заключается таинство театра, кинематографа.

– В театре вы тоже много ставите. Вам на сцене так же интересно работать, как и на съемочной площадке?

– Как режиссеру мне необыкновенно интересно работать и там, и там. Театр мне много дает. В прошлом году, например, я снял 4-серийную картину и поставил спектакль. И я не знаю, что мне дороже, поскольку требует одинаково больших сил и чувств. Если этого не было, о таких работах лучше забывать.

– А у вас есть работы, которые вы хотели бы забыть?

– Нет, даже если это была слабая драматургия, я все равно любил материал, героев. И старался наполнить их своими чувствами и переживаниями.

– Александр Васильевич, вы уже 40 лет на «Беларусьфильме». Признайтесь, не жалеете, что в свое время не переехали из Минска в Питер?

– Мне необыкновенно комфортно жить и работать в Беларуси. Это моя вторая родина. И я люблю ее так же, как и Россию. Это как театр и кино. Мама, ныне покойная, приезжая в Минск, говорила: сынок, ты живешь как в раю. Так ей нравилась Беларусь. И я ревную, когда наша страна кому-то в чем-то уступает. Мне это неприятно.

– Кстати, а как давно вы были на своей малой родине, в Нижнем Новгороде?

Последние два раза по чрезвычайно скорбным поводам, хоронил папу, потом маму. Но у меня там остались брат и сестра, их семьи. Надеюсь, что в этом году удастся туда съездить. Нижний Новгород изменился, похорошел. Раньше он был закрытым городом, работящим, но очень бедным. Там производили все – от иголок до подводных лодок. Сейчас он расцвел, стал красивее и чище. Хочется съездить, посмотреть еще раз…

– Вы ведь в деревне выросли, как родители восприняли ваше решение связать дальнейшую жизнь с кино? Не отговаривали? Более серьезную профессию не предлагали получить?

– Я рано научился читать, в школе был круглым отличником, поэтому было естественно, что я уехал куда-то учиться. Особого стремления понять смысл моей будущей профессии у них не было. Сын – студент в Москве, учится хорошо, получает повышенную стипендию, в остальное они не вникали.

– Учась во ВГИКе, мечтали стать известным режиссером?

– В кино приходят, чтобы быть первым. Актеры мечтают сыграть Гамлета и Офелию. Но профессия эта жесткая, она многих ломает. Уходит юношеское обаяние и… ничего не остается. У нас на курсе из 15 человек в кинорежиссуре остались двое. И так бывает практически в каждой мастерской. Повторюсь, профессия очень жесткая.

– Возвращаясь к вашему творчеству, хочу спросить о военных фильмах. Те же «Снайпер», «Покушение» с Певцовым в главной роли – дань моде на фронтовую тематику? Или тема Великой Отечественной близка вам лично?

– Для меня война ассоциируется прежде всего с моим отцом. И та картина, которую я сейчас заканчиваю, военная, посвящена памяти танкиста Зиновия Колобанова, который в одном бою с фашистами подбил 22 немецких танка. Это непревзойденный подвиг! Похоронен он, кстати, в Минске. Его у меня играет Алексей Чадов. Отец мой тоже был танкистом, освобождал Беларусь. На войну ушел 17-летним мальчишкой, прибавив себе лишний год. Помню, как-то 9 мая, мне тогда было лет 5–6, отец вернулся со встречи фронтовиков, снял китель с орденами и медалями и ради шутки надел их мне на майку. Их было так много, что она сползла до пола... Отец смеялся. И я помню свою радость от того, что ему было так весело...

Я бы хотел, чтобы мой новый фильм был посвящен и ему тоже. Но я никогда не думал, что буду снимать военное кино.

– Согласитесь, сегодня в какой-то степени романтизируют эту тему...

– Романтизация необходима, чтобы привлечь молодежную аудиторию. Но самое главное – найти современного героя, которому мы сможем поверить и которого сможем полюбить. Сегодня всеобщая проблема – отсутствие качественной драматургии. Сколько я помню из истории Советского государства, мы все время искали героя. Кто он? Каким должен быть? В последнее десятилетие основной персонаж на экране – это милиционер, проститутка, бандит, плохой бизнесмен и т.п. Возможно, не пришло еще время показать другого героя. Но это должно обязательно случиться, потому что иначе смысла вообще никакого нет. Две тысячи лет назад кто-то мудрый дал нам религию, христианские заповеди с единственной целью – защитить человека от самого себя. За последние 180 лет цивилизация достигла огромных высот в развитии технологий. Но сам человек разве сильно изменился?

– Остались все те же пороки, что и две тысячи лет назад: зависть, злоба, гордыня, тщеславие...

– Абсолютно верно. Когда мне удается, я всегда смотрю «Модный приговор» с Васильевым. Интересная программа. Стилисты как-то вдруг умудряются преобразить неуклюжих и неуверенных в себе женщин. Они преображаются, и это дорогого стоит. Так вот искусство должно этим же заниматься – показывать людям, какими они должны быть.

– Что можете посоветовать молодым людям, которые только мечтают о большом мире кино?

– Если хотите чего-то добиться, единственное, что могу посоветовать, – самосовершенствоваться...

Юлия ФЕДОТОВА

поделиться в соцсетях