![](https://belchas.1prof.by/file/2024/05/17-490x310.jpg)
«Будешь бояться каждой ошибки – просто не сможешь работать»
Есть у журналистов такой прием: к профессиональным праздникам искать людей, которые посвятили своему делу всю жизнь. Не будем отходить от этой традиции
и в канун Дня печати. Тем более что в редакции газеты «Беларускi Час» есть подходящий сотрудник. С такими специалистами читатель знаком заочно, ведь их фамилии не ставятся под текстами – они невидимо стоят за ними. Работа корректора или стиль-редактора – проверить каждый журналистский материал на грамотностьи логичность. С этим уже почти полвека, в том числе двадцатый год в профсоюзной газете, успешно справляется Людмила Абакумова.
- – Людмила Михайловна, что вы испытали в тот день, когда вас впервые приняли в штат редакции и можно было сказать родным: «Теперь я работаю в газете»?
– Я пришла в «Советскую Белоруссию» практически через год после института, мне было 23. Главная газета республики, ежедневная, работы много, постепенно входить в суть дела просто не было времени. Но мне очень повезло: я попала в профессиональный, опытный и сложившийся коллектив. Журналисты – и начинающие, и известные мастера слова, корректоры – специалисты с 20-летним стажем. Но никто не смотрел свысока, не было и личной неприязни. Мы все были на равных и друг друга подстраховывали, потому что делали одно дело. Работа – на первом месте.
- – На ваш взгляд, как сильно за эти годы изменилась пресса, работа журналистов?
– Информация стала доступнее. С одной стороны, интернет предоставил новые возможности, но с другой – расслабил журналистов. Когда спрашиваешь у автора, почему вы написали так, нередко слышишь в ответ: в интернете посмотрел. Но ведь это не последняя инстанция. Разные источники дают разные данные: в Сети отличаются имена, даты, факты. Все обязательно нужно перепроверять – по книгам, энциклопедиям, справкам. А порой и вовсе лучше отправить запрос в нужное ведомство.
- – Вы согласны с тем, что неграмотно написанный текст обесценивает работу репортера: выбранную тему, приведенные факты, высказанное мнение?
– В повести «Золотая роза» Константин Паустовский описывает интересный случай. Когда он работал в газете «Моряк», в редакцию свой рассказ принес опытный автор. Однако написан он был крайне небрежно – печатать его в таком виде нельзя было. Текст взялся исправить корректор Благов, при этом пообещав, что он не изменит ни одного слова. Когда наутро Паустовский вновь прочитал рассказ, он воскликнул: «Великолепно! Что вы с ним сделали?» – «Только расставил знаки препинания и абзацы».
Мне нравится, как о знаках препинания сказал Пушкин: «Они существуют, чтобы выделить мысль, привести слова в правильное соотношение и дать фразе легкость и правильное звучание. Знаки препинания – это как нотные знаки. Они твердо держат текст и не дают ему рассыпаться».
- – Что написано пером, не вырубишь топором – это же про газету. Ошибку в вышедшем номере уже не исправишь, так и будет храниться в архивах. Накладывает ли это дополнительные переживания и ответственность на корректора?
– Пока газету делают люди, ошибки возможны. Даже на компьютер нельзя полагаться, ведь кто пишет программы? Когда я только устроилась в редакцию, мне сказали: если что-то произошло – обрати внимание, сделай себе зарубку и иди дальше. Если будешь бояться каждой ошибки, ты просто не сможешь работать. Страх сильно мешает. Думаю, между страхом и ответственностью большая дистанция.
- – Почему работу корректора можно считать творческой?
– Любая работа с языком – это творчество. Корректура – это не только буквы и чтобы «корова» через «о» было написано. Надо отловить и другие моменты. Помню, курьезный случай произошел с дежурным по номеру (журналистом, который читает тексты в газетных полосах перед отправкой в типографию. – Прим. авт.). Со словами «Я знаю эту деревню на Полесье» он поменял «Дубай», где прошло важное мероприятие, на «Дубое». И был полностью уверен в своей правоте. К счастью, недоразумение вовремя заметили именно корректоры.
- – Говорят, у вас есть тетрадь, куда вы записываете ляпсусы журналистов. Можете назвать тройку любимых казусов?
– Они все любимые! Из текста одного журналиста: «В Лондоне есть знаменитая Трафальгарская площадь, куда ежедневно слетаются тысячи туристов и голубей». Еще один автор выдал: «На базах отдыха скоро зазвенят детские восторги». Или вот это: «Из 40 сортов корнишонов только 10 оказались пригодными для консервирования. Остальные после тепловой обработки вели себя неадекватно». Добавлю, что казусы будут всегда, но наша задача, чтобы эти курьезы оставались в пределах понятия «рабочие моменты». И в печать выходили только как вот такие воспоминания.
- – Существует такое понятие, как профессиональная деформация – когда человек даже вне работы продолжает действовать в рамках своей специальности. Насколько вас задевают, например, надписи на городских плакатах с грубым нарушением орфографии?
– Бывало, что из-за ошибок в книге я не дочитывала ее до конца. Когда в одной увидела «Христос – искуситель человечества», тут же ее закрыла. На мой взгляд, есть просто недопустимые вещи. Но в целом умею абстрагироваться. И после работы люблю читать классику. Это совсем другое – ты погружаешься в смыслы и не думаешь про буквы и знаки препинания. Кстати, поэтому особенно «опасны» хорошие журналистские тексты: их хочется читать, как обыватель, а не как корректор.
- – Уже много лет ходят разговоры, что печатная пресса доживает свой век. И вообще скоро журналистов заменят блогеры. А вы что думаете?
– Все будет существовать параллельно. Сколько нас пугали, что книг не будет, театра не будет? Но живет и то, и другое. Некоторые люди уже возвращаются к грампластинкам, потому что цифровые записи не дают того ощущения музыки, наполненности звука. Лично я всегда отдаю предпочтение напечатанному, а не электронному: мозг воспринимает такую информацию по-другому, с большим доверием.
- – Что бы вы посоветовали молодым коллегам?
– Больше читать, не только специальную литературу, но и художественную, желательно классику. И помнить, что язык живой: постоянно появляются новые слова, заимствуются из других языков, изменяется род слов и их правописание. Простой пример: «карате» и «бренд» еще недавно писались через «э». Все это надо отслеживать.
- Людмила Абакумова награждена медалями «За трудовые заслуги» и «110 гадоў прафсаюзнаму руху Беларусі», также ее работа дважды отмечена Благодарностью ФПБ.
Юлия ЯШЕВСКАЯ
Фото Валерия КАРТУЛЯ
и Андрея САДОВОГО