ГАЗЕТА ФЕДЭРАЦЫI ПРАФСАЮЗАУ БЕЛАРУСI
4 номер
02 декабря / Наследие

Фолиант как бриллиант

Отдел редкой книги в Витебской областной библиотеке имени Ленина создан в январе 2022-го. Сейчас он находится на стадии формирования и научной обработки коллекции, доступ читателей пока ограничен. Но в День библиотек отдел уже громко заявил о себе, пригласив всех желающих познакомиться с факсимильным изданием шедевра книгопечатания – Брестской Библии.

Открывая секреты

В будущем по согласованию с дирекцией и по направлению учебного или научно-исследовательского учреждения редкие издания будут выдавать в читальных залах по запросам пользователей. А все желающие увидят фолианты на выставках. О том, какие уникальные издания хранятся в Витебской областной библиотеке имени Ленина, рассказала заведующая отделом редкой книги Ольга Лебедева.

– Формируя коллекцию, мы делаем открытия, – говорит собеседница. – Изначально считалось, что самая старая наша книга – «Исторические сведения о жизни преподобной Евфросинии, княжны Полоцкой, с описанием и изображением креста, принесенного ею в дар Полоцкой Спасской обители» Константина Сербиновича, изданная в 1841 году. Но сейчас это «Плутарх для юношества» французского писателя-моралиста Пьера Бланшара 1806 года.

Возрожденные шедевры

Благодаря коллекции факсимиле из 22 книг у библиотекарей есть возможность знакомить читателей и с более ранними изданиями. Современные фолианты полностью воспроизводят оригинал: формат, сорт и цвет бумаги, особенности обложки, переплет, опечатки и даже мелкие пометки на книге.

Оригинал Брестской Библии увидел свет 4 сентября 1563 года. Самое крупное издание ВКЛ XVI–XVII веков стало одним из первых переводов на современный для того времени польский язык Ветхого и Нового Заветов. Книга появилась при участии и на средства князя Николая Радзивилла Черного. Полторы тысячи страниц были изданы с наивысшим качеством полиграфии.

В ней есть и целый ряд новаторских для своего времени элементов: в начале издатели разместили календарь, подсказывающий, в какой день какой отрывок нужно читать, впервые в практике белорусского книгопечатания в конце тома появился предметный указатель. Факсимиле фолианта было выпущено в 2019 году.

– Два гравированных титульных листа для Старого и Нового Заветов, гравюры-иллюстрации для первых частей Старого Завета, орнаментальные заставки. Мы не знаем, кто автор гравюр, но каждая из них – это шедевр, – демонстрирует книгу Ольга Лебедева. – Кожа для факсимиле специально заказывалась в Италии, даже ляссе (закладка, изготовляемая при издании книги) плелось по технологии слуцких золотых поясов.

Пережившие революции

Для факсимиле Полоцкого Евангелия XII–XIII веков, написанного на пергаменте, бумага старилась по определенным технологиям. Был изготовлен оригинальный кожаный переплет «под старину»: бордовая кожа на досках, на переплетных крышках – металлические накладки, клепки, скосы, застежки, форзацы из коричневой замши. А главное – содержание.

– Полоцкое Евангелие сохранилось на 70%, 170 листов из оригинала хранятся в Санкт-Петербурге (здесь, вывезенная из Полоцка в Ливонскую войну, книга «всплыла» в XIX веке), и
2 листа – в Москве. По преданиям, к написанию этой рукописи причастна святая преподобная Евфросиния Полоцкая, – рассказывает завотделом. – Для нас книга особенно ценна вкладными записями и заметками на листах, сохранившими живой язык жителей Северной Беларуси.

Интересна судьба Слуцкого Евангелия. Книгу собственноручно в 1581 году переписывал князь Юрий Олелькович, и одно это делает фолиант уникальным. Он начал писать золотом, но понял, что может не успеть окончить работу, перешел на чернила. Оригинал Слуцкого Евангелия выполнен на так называемой черпаной бумаге, для книги ее производили целый год 2 бумажных завода в Италии. Качественную и дорогую (но дешевле пергамента) бумагу делали из льняного тряпья, конопли, крапивы, а не из древесины. В 1586 году князь умер, и Евангелие было завещано Слуцкому Свято-Троицкому монастырю.

Книга уцелела в огне революции, а в 1929 году ее передали на хранение в Могилевский государственный музей, откуда в начале войны Евангелие исчезло вместе с Крестом Евфросинии Полоцкой. Долгое время рукопись считалась навсегда утраченной, а в начале 1990-х годов его передала священнику Минской епархии пожилая прихожанка.

– Буквы на страницах книги идеально ровные, даже непонятно, что она рукописная, – рассказывает собеседница. – Наше факсимиле в красном кожаном переплете. Узоры на обложке выполнены в слуцкой традиции XVI века. Экземпляр украшен накладкой со знаками 4 евангелистов.

Истории книг

Есть в отделе книги с необычной историей бытования.

– Дореволюционное издание Лермонтова интересно своим инскриптом: читатель просит разрешения у владельца прочесть книгу, изданную тиражом всего 5000 экземпляров. Оставить надпись на редкой книге он не постеснялся, – улыбается библиотекарь. – Хранятся у нас издания с экслибрисами. А книга из французской коллекции имеет суперэкслибрис, так называют тисненные золотом на переплете гербы или вензеля владельцев. На сборнике басен Лафонтена 1826 года вензель учебного заведения, которому принадлежало издание. Но в нем еще и надпись о том, что в 1879 году книга послужила наградой одному из успешных учеников.

Отдельно выделяют книги, которые представляют интерес как издательские проекты. В коллекции библиотеки есть первая книга знаменитой серии «Жизнь замечательных людей», посвященная Игнатию Лойоле. Проект, начатый издателем Флорентием Павленковым в жанре историко-культурного исследования, оказался очень перспективным. Для него писали выдающиеся ученые, журналисты. После революции Максим Горький возродил серию.

Авторству Горького, кстати, принадлежит самая маленькая книга из коллекции миниатюрных изданий. В нее входят «Песня о Соколе» и «Песня о Буревестнике». Книга размером 30х42 мм содержит иллюстрации.

– Были времена, когда книга могла стоить целое состояние. Сейчас ее воспринимают как источник информации. Но нельзя забывать, что книга – это еще и источник эстетического наслаждения. И в нашем отделе это можно ощутить особенно полно, – резюмирует Ольга Лебедева.

Виктория Дашкевич, фото автора