ГАЗЕТА ФЕДЭРАЦЫI ПРАФСАЮЗАУ БЕЛАРУСI
4 номер

Где живут бобры и легенды

Здесь есть старая заброшенная крепость, памятники Шуре Балаганову, Ильичу и бобру.

Герб Бобруйска представляет собой изображение
на серебряномполе французского щита вертикальной
корабельной мачтыс двумя сложенными накрест
деревьями натурального цвета.

Бобруйск популярен своей легендарной крепостью, вкуснейшим зефиром и, пожалуй, самой большой еврейской диаспорой в былые времена.

– Говорят, раньше в Бобруйске 50% населения составляли евреи.

– А остальные 50%?

– А остальные – еврейки.

Подобные шутки о городе, который в народе называют «белорусской Одессой», – не редкость. Особый национальный колорит здесь по привычке поддерживают и сегодня: часто отвечают вопросом на вопрос, часы на башне ресторана «Чырвоная вежа» ежедневно бьют в 7.40 вечера, а пассажиры общественного транспорта, выходя из него, передают талончик тем, кто заходит.

Бобры, Ильичи и Шура Балаганов

«При слове «Бобруйск» собрание болезненно застонало. Все соглашались ехать в Бобруйск хоть сейчас. Бобруйск считался прекрасным, высококультурным местом».

– Этим отрывком из «Золотого теленка» Ильфа и Петрова бобруйчане гордятся, – утверждает местный житель, экскурсовод Олег Красный. – Как и бронзовым Шурой Балагановым у городского ресторана, перестроенного из водонапорной башни.

А еще больший интерес вызывают бобры – рукотворный символ города. Самые популярные из них: памятники бобрам у центрального рынка и у кафе на улице Московской. Тот, что в сюртуке и шляпе, с бабочкой, перстнем и тростью, совсем не похож на животное. По легенде, которую сложили сами бобруйчане, следует потереть цепочку от часов на пухлом брюшке Бобра Самуиловича или дотронуться до его носа, чтобы обрести удачу, богатство и другие блага. Второй бобр выглядит еще гламурнее. Расположился франт на скамейке около одного из кафе и всем своим видом выражает довольство.

– Любопытный факт: в советское время в Бобруйске установили более двух десятков памятников и бюстов Ленина! Это была самая большая плотность Ильичей в республике «на душу населения», – рассказывает гид. – Главный памятник до сих пор стоит на площади Ленина перед зданием горисполкома. Десять лет назад постамент сделали ниже – с тех пор в Бобруйске шутят, что вождь мирового пролетариата стал ближе к народу.

Бобруйская крепость

Крепость – несомненный лидер посещений среди туристов. Воздвигнутая по указу Александра I в 1810 году, она защищала западные границы Российской империи. Первый проект выполнил известный инженер Теодор Нарбут, который впоследствии прославился как историк.

По словам Олега Красного, в начале XIX века крепость была оснащена по последнему слову европейского военного искусства периода развития гладкоствольной артиллерии: во время войны 1812 года сооружение выдержало четырехмесячную осаду армии Наполеона.

– Здания крепости соединялись также и подземными туннелями, а в одном из укреплений находилась тюрьма, – говорит Красный. – Одна из легенд гласит, что в остроге была яйцевидная камера: там напрочь отсутствовали углы, все стены вокруг заключенного были овальными, и даже нары повторяли эту форму. Человек, находящийся в таком «яйце», не мог встать в полный рост, лечь с вытянутыми ногами, находясь постоянно в позе эмбриона. Говорят, смотреть на камеру пыток боялись даже охранники.

Позже крепость использовали как склад, политическую тюрьму, санчасть, декорации для фильмов и клипов. Сейчас она заброшена.

Аптека Розовского

В начале XX века это здание принадлежало бобруйской мещанке Гисе Мееровне Арлазоровой. Почти все помещения хозяйка сдавала в аренду. Здесь размещалась самая большая аптека города, где пациенты больницы для бедных евреев получали лекарства по низким ценам, а в некоторых случаях и бесплатно.

В 1910-х годах арендатором аптеки на Шоссейной стал помощник провизора Нохим-Давид Розовский. Она продолжала работать до оккупации города гитлеровскими войсками.

После объявления об обязательном переселении всех евреев в гетто, созданное оккупантами за фабрикой «Красный пищевик», аптекарь остался дома.

«…Вечером, за чаем, он объяснит семье, что в гетто тесно и неуютно и лучше им всем остаться дома. Для этого нужно выпить чай с сиропом, который он приготовил на этот случай. И они все выпьют чай с последним снадобьем, приготовленным провизором Розовским» (Абрам Рабкин «Вниз по Шоссейной»).

– Среди горожан бытует мнение, что версия Рабкина правдивая, – уверяет собеседник. – Но есть и другие сведения, будто 60-летний Наум Борисович ушел в мир иной вдвоем с женой Миной все-таки чуть позже. Листы свидетельских показаний для базы данных имен жертв Холокоста мемориального комплекса Яд Вашем в Израиле в 1978 году заполнит на супругов Розовских их близкий друг Ривка Бутылькова.

Иезуитский костел

Фарный иезуитский костел построен в Бобруйске в 1625 году, вероятно, бобруйским старостой Петром Тризной. Храм отличался богатым убранством, лепкой, расписными стенами и потолком, витражами в окнах, резьбой по дереву с позолотой.

Частично здание разрушили во времена строительства Бобруйской крепости в XIX веке, тогда пострадали башни костела. Позже его перестроили в цейхгауз – воинский склад для хранения обмундирования и снаряжения, который в 1885 году сгорел при пожаре. Во времена советского прошлого в здании костела размещалась гауптвахта. Сегодня это самое древнее здание города.

Дом купчихи Кацнельсон

Деревянный особняк купчихи по улице Интернациональной, 25 является памятником архитектуры в стиле модерн. Он привлекает не только цветом, но и фасадом с круглой мансардой, балконом, двумя двухэтажными башнями.

По легенде, особняк стоял где-то в Прибалтике. Купчихе он настолько понравился, что та выкупила его и буквально по частям перевезла в Бобруйск – это было по карману богачке Пае-Брайне Кацнельсон.

Как рассказал Олег Красный, еврейка занималась торговлей лесом, ее имя было известно даже в Англии. Перед революцией женщина сдала свой особняк в аренду полицейской управе, а сама переехала в Санкт-Петербург к сыну. Говорят, после в доме жил раввин, а еще позже в нем находился Бобруйский уездный революционный комитет. 10 лет назад особняк занимала Центральная библиотека Бобруйского района, а после – местное рекламное агентство.

Дом-тетрис

Одно из самых необычных, оригинальных и привлекательных строений Бобруйска – дом на пересечении улиц Минской и Пушкина. Его построили в советское время – в эпоху засилья типовой архитектуры. Жилое здание разительно выделялось на общем фоне, в нем архитекторы воплотили «японские мотивы».

Изюминкой стали круглые окна, напоминающие иллюминаторы, а сам дом выглядит так, как будто собран из разномастных кубиков.

По словам экскурсовода, за странный внешний вид местные жители изначально окрестили его «домом-скворечником», а позже, с появлением популярной видеоигры-конструктора, за ним закрепилось и другое название – «дом-тетрис».

Синагога

По данным переписи 1897 года, в городе проживало около 70% евреев. Сейчас это число значительно уменьшилось, но Бобруйск по-прежнему называют городом 40 синагог. Здесь остался лишь единственный действующий иудейский храм на ул. Социалистической, 36, построенный в начале XX века.

Синагога сильно пострадала во время Великой Отечественной войны. В 1948 году ее открывали и закрывали несколько раз. Еврейской диаспоре синагогу вернули только в начале 1990-х.

В 2002 году для ведения служб по иудейскому обряду сюда из Израиля прибыл раввин Рауль Хабаба.

Олег Красный считает, что уникальность синагоги – в хранящейся там священной еврейской книге Тора. Сегодня в учреждении проводят экскурсии, на которых туристы знакомятся с еврейской религией и обрядами.

Театр драмы и комедии имени В.И. Дунина-Марцинкевича

Само здание театра абсолютно ничем не примечательно. Оно не относится ни к старинным архитектурным со­оружениям, ни к ультрамодным современным. Зато отлично вписывается в стилистику улицы, на которой находится, – Социалистическая, 105.

Театр на самом деле вполне традиционный и возведен в эпоху развитого социализма. Но если вы располагаете свободным временем, посетить его можно не с целью рассмотреть саму постройку, а для того чтобы насладиться репертуаром.

Усадьба Гатовского

Дворянское имение конца XIX века в пригороде Бобруйска, в селе Красный Берег у реки Добосна, – единственная усадьба в Беларуси, выполненная в эклектичной манере, где используется в том числе и неомавританский стиль.

Дом и усадебные постройки – творение архитектора Виктора Шрётера. Рядом разбит парк по проекту польского садовода Франтишека Шаниора. Усадьба принадлежала семье генерал-майора Михаила Гатовского.

Часто ее называют усадьбой Гатовского – Козел-Поклевских.

– Козел-Поклевский – муж дочери Гатовского, – поясняет гид. – Он много сделал для развития имения. После революции 1917 года усадьба была национализирована и использовалась для размещения учебных заведений. Официально считается объектом историко-культурного наследия страны.

«Порт-Артур»

В центре Бобруйска есть дом, который жители называют «Порт-Артур». Формами он напоминает крепость: из двора-колодца ведут только два выхода, закрыв которые, можно почувствовать себя внутри форта.

– Дом возводился после русско-японской военной кампании, когда сражение у Порт-Артура было на слуху. Возможно, архитектурная форма и военное время дали ему это название, – предполагает Олег Красный.

По другой версии, в дореволюционное время в «крепости» держал постоялый двор и притон некий человек по имени Артур. К слову, построено здание из знаменитого красного кирпича, вероятно, местного завода Розенберга – необычайно прочного, с фирменными вензелями.

Ну и, само собой, как можно пройти мимо еще одной знаковой достопримечательности – указателя, который отмечает расстояние от белорусского райцентра до важных городов мира: Рима, Москвы, Сиднея, Могилева, Одессы и, разумеется, Тель-Авива.

Виктория Бондарчик
Фото автора, Александра Анташкевича и из открытых интернет-источников