ГАЗЕТА ФЕДЭРАЦЫI ПРАФСАЮЗАУ БЕЛАРУСI
38 номер
31 марта / Память

Монолог(и) о войне

Тема Великой Отечественной войны кажется далекой историей для современных детей и подростков. Но моноспектакль «Незагойная рана», который идет на сцене Национального театра имени Якуба Коласа в Витебске, и молодежь, и взрослые смотрят с особым отношением. Это самостоятельная работа актрисы театра Зинаиды Гурбо.

Искусство – от пережитого

Творческие люди очень эмоциональны. И любое событие в жизни может стать толчком для создания произведения искусства.

– Я не видела войну, но мимо моей семьи она не прошла: под Кенигсбергом погиб отец, – рассказывает Зинаида Гурбо. – О примерном месте его захоронения я узнала благодаря дочери Ирине.

Ирина, преподаватель Витебской академии ветеринарной медицины, нашла в интернете информацию о захоронении советских воинов под Калининградом. На мемориале среди погибших значился Михаил Петрович Линевич. Мать Зинаиды Гурбо хранила документы, в которых было указано, кем и когда призван на фронт ее муж. Эти данные совпали с упомянутыми в интернете.

Съездить туда так и не получилось. Да и фамилия на памятном знаке, как пояснили специалисты, не означает, что погибший воин покоится именно в этом месте.

– Но я не переставала думать об отцовской могиле и об огромной трагедии, которую пережил наш народ. И стала искать выход этим эмоциям через сцену, – рассказывает собеседница.

Сам себе режиссер

Каждый государственный театр работает по заранее утвержденному плану, ему подчиняются все службы учреждения. Поэтому актриса стала работать над задуманным спектаклем самостоятельно. Начала с литературного материала. Каждое из включенных в моноспектакль произведений было выбрано не случайно. «Незагойная рана» Василя Быкова и «Memento mori» Янки Брыля входят в школьную программу. Их с удовольствием читал внук актрисы, и вкус подростка сыграл не последнюю роль. А «Балада пра смяротнікаў» Владимира Короткевича давно запала в душу Зинаиды Гурбо: как-то, готовясь к вечеру, посвященному белорусскому писателю и поэту, она наткнулась на это драматическое стихотворение. И, прочитав однажды, уже не могла его забыть.

Так в спектакле нашли отражение три главные военные трагедии белорусского народа: гибель солдат на поле боя, сожженные деревни, люди, замученные в лагерях смерти. Драматургическая компоновка произведений требует определенных навыков. И здесь помог огромный опыт работы на сцене (в театре Зинаида Гурбо с 1965 года). Больше всего времени, по словам актрисы, пришлось потратить на произведение Быкова.

В итоге в фокусе осталась только главная линия – история Тэкли, матери, которая 16 лет ждет своего сына с войны. Сюжет получился максимально лаконичным, насыщенным эмоциями и переживаниями. Не потерялся и художественный слог писателя.

Режиссерский образ спектакля рождается медленно, идею нужно выносить, материал «прожить». Рассчитывать на помощь штатных режиссеров было сложно, пришлось обходиться своими силами. Зинаида Гурбо решила сразу: спектакль должен быть монументальным. Без бытовых мелочей и сцен.

И этот посыл уловил еще один очень важный помощник – художник театра (а сейчас еще и режиссер-постановщик) Андрей Жигур. Он создал буквально из подручных средств легкое и вместе с тем символичное оформление, состоящее из помоста, который ведет к едва различимому обелиску, выстроил свет, предложил костюм. Все три истории статная актриса рассказывает в одном и том же строгом длинном платье. Меняет только шали.

Музыкальное оформление помогла подобрать дочь Ирина, еще одной идеей актрисы было наложить на музыку, звучащую между литературными произведениями, стихи белорусских поэтов.

Равнодушных нет

Почувствовав, что работа готова, собеседница предложила посмотреть ее художественному совету театра, который принял однозначное решение: спектакль должен быть в репертуаре. Уже потом актрисе предлагали на правах автора работы предоставить ее Витебской филармонии, там постановка шла бы в сопровождении живой музыки. Зинаида Гурбо отказалась – то, что сделано для театра, должно идти исключительно на его сцене.

Точно так же она отказывается выезжать с постановкой на неприспособленные площадки – в школы и дома культуры, где ограничены возможности сцены и освещения. Но самое главное – нет театральной атмосферы. Во многом благодаря этой принципиальности спектакль не теряет главное – яркую эмоцию, которая создается благодаря воздействию и актерской игры, и визуального, и звукового ряда.

Зритель любого возраста не уходит равнодушным. Главной отметкой того, что работа выполнена достойно, актриса считает трепет, с которым спектакль смотрят школьники.

– В моноспектакле я на сцене одна, поэтому очень хорошо чувствую энергетику зала, – поясняет она.

А однажды помощник режиссера, которая работает на спектакле, рассказала, что мальчик лет 12 после первой части хотел уйти. Потому что не удержался и заплакал. И застеснялся своих слез.

Именно «Незагойную рану» выбрали, отсмотрев несколько спектаклей на военную тему, организаторы VII Международного фестиваля «Театральное вече», посвященного 75-летию освобождения Великого Новгорода. Форум был неконкурсный, но прессой, которую получила постановка, мог бы гордиться любой коллектив.

Больше моноспектаклей в репертуаре театра имени Якуба Коласа нет. Слишком сложная это форма: нужно найти материал, пропустить его через себя, а потом в одиночку суметь ретранслировать зрителю. Далеко не каждый готов взвалить на себя такой объем работы. Но у Зинаиды Гурбо есть еще один козырь – чтецкий талант. Его заметили еще в школе.

Грамотно прочесть произведение умеет каждый актер, это основа профессии. Но когда в свой репертуар стихи или прозу включает Зинаида Гурбо, становится понятно, что она – не просто профессионал, а еще и человек, обладающий особым даром.

С приходом пандемии, когда число зрителей сократилось, «Незагойную рану» Зинаида Гурбо играет на камерной сцене. Постановка немного потеряла аудиторию, зато стала более эмоциональной, а контакт со зрителем стал еще ближе. И неизменно осталась отличным материалом, используя который, можно говорить с современной молодежью о прошлой войне.

Виктория ДАШКЕВИЧ
Фото Натальи Ловицкой-Ермоловой