![](https://belchas.1prof.by/file/2023/09/7-490x310.jpg)
Слово меняет смысл
В чем разница между нанимателем и работодателем, почему в Беларуси социальное партнерство налажено более эффективно и можно ли прийти к «нулевому травматизму» в шахтах? Своим мнением в интервью «Беларускаму Часу» поделился председатель Российского независимого профсоюза работников угольной промышленности Иван Мохначук, побывавший на прошлой неделе в штаб-квартире ФПБ на международном семинаре по охране труда.
- – Иван Иванович, в своих выступлениях в прессе вы не раз подчеркивали, что главный принцип профсоюза угольщиков касается сохранения жизни и здоровья работников. После трагедии на российской шахте «Листвяжная» в 2021 году речь шла о корректировках законодательства. Эффект уже ощутим?
– Сам президент тогда принимал участие в разборе аварии и поручил правительству и министерствам совместно с профсоюзом разработать ряд решений. Скажу честно: дискуссия с чиновниками длилась почти полтора года. В теории, на бумаге, их отчеты главе государства выглядели красиво, а вот чтобы взять что-то «в руках подержать» – нечего! Мы вынуждены были писать президенту. Чиновникам пришлось многое переделывать. Некоторые поручения еще остаются в стадии исполнения, но в целом все получилось. Нам, можно сказать, повезло: деятельность отрасли находится под контролем главы государства. Потому с точки зрения нормативной базы российские угольщики сегодня защищены как никогда, особенно в вопросах безопасности. Дальше все упирается в самодисциплину, самоконтроль и соблюдение этой нормативной базы. Сейчас наша задача – решить проблемы в организации деятельности общественных инспекторов Ростехнадзора, чтобы обеспечить эффективный контроль ситуации на рабочих местах.
- – Поясните, о каких проблемах идет речь.
– Общественные инспекторы – простые рабочие. Выявляют нарушения и выдают рекомендации своим непосредственным руководителям – мастерам, начальникам участков. К сожалению, мы сталкиваемся с тем, что далеко не каждый начальник нормально реагирует: он здесь хозяин, а рабочий вдруг сообщает ему о недочетах! Это один момент. Второй – нередко возмущаются инженерно-технический персонал и представители администрации, предъявляют претензии тому же мастеру: «Что там у тебя на участке творится? Все время устраняешь какие-то нарушения». Очевидно, это недалекие руководители. Однако сложность еще и в том, что сегодня есть дефицит специально подготовленных ИТР. На эти должности приходят люди совершенно разных профессий, менеджеры, которые знают «дебет, кредит, доход», а в технологии горняцкого дела и безопасности ничего не понимают. Повлиять на ситуацию мы не можем. Собственник сам определяет, кому доверить свое производство. У него задача – получить прибыль. Он считает, что с этой точки зрения человек будет эффективен, и ставит его руководителем. В отличие от Беларуси, мы работаем в условиях стопроцентной частной собственности, что накладывает свой отпечаток.
- – Частник не торопится выполнять требования профсоюза. В этом принципиальная разница?
– Еще и в отношении к вопросам стабильности в трудовых коллективах, в том, что у вас на уровне властей делается акцент на роли профсоюзов. В Беларуси промышленные предприятия преимущественно государственные, в России – практически все приватизированы. У вас – наниматели, которые от имени государства управляют производством, принимают людей на работу, у нас – работодатели. И это несет уже другой смысл. Терминология имеет значение, влияет на взаимоотношения с людьми и выстраивание системы социального партнерства. Наниматель понимает, что стабильность в коллективе обеспечивает профсоюз. Работодатель чаще заботится о прибыли, а не о людях. У него не тот уровень социальной ответственности.
- – Как вы считаете, что в этом случае может стать более действенной мерой в охране труда: стимулирование общественных инспекторов или усиление ответственности работодателя?
– Все-таки первое. Работодатели заряжены на свои функции и задачи, зачастую многие вещи просто не видят. Решают технологические вопросы, а на мелочи, например, на элементарно незаземленную аппаратуру, обрыв провода, не обращают внимания. Но эти мелочи могут спровоцировать большую аварию. Рабочий, который здесь трудится, это лучше видит и знает.
- – Сейчас популярна концепция «нулевого травматизма». По вашему мнению, к этому можно прийти на шахтах?
– Думаю, это нереально ни в одной отрасли. Даже сидя в кабинете и выполняя неопасную работу, человек может травмироваться. Нет гарантии, что он не совершит какую-либо глупость, не пренебрежет самоконтролем или не станет жертвой случая. Но стремиться к минимизации рисков нужно: в обязательном порядке следить за тем, чтобы нормы охраны труда выполнялись, доносить до людей, что жизнь бесценна. Над этим мы сегодня и работаем.
Наталья КОВАЛЕВА
Фото из открытых интернет-источников